Домой Окрашивание волос Вспомнить о вечном: а вы представьте, что жить осталось всего полгода…

Вспомнить о вечном: а вы представьте, что жить осталось всего полгода…

14
0

Вспомнить о вечном: а вы представьте, что жить осталось всего полгода...

Эпидемии, как бы страшна она ни была дает нам отличный шанс проявить свои лучшие качества и вряд ли стоит отказываться от этого шанса, потому что другого может и не быть.

Именно об этом написал в своей колонке американский финансовый аналитик Виталий Каценельсон, который незадолго до того как ситуация в Италии приняла катастрофический характер, побывал в Европе и вылетел на родину из Венеции:

«На обратном пути домой, в Денвер, я купил в аэропорту Венеции своим девочкам браслеты. И лишь во Франкфурте, во время пересадки, обнаружил, что так и оставил их в сувенирном магазине. Секунд на пять расстроился, а затем вспомнил историю из Последней лекции — книги, которую во время перелета перечитывал уже третий раз. В ней от первого лица рассказывается история Рэнди Пауша, 46-летнего (моего ровесника) профессора, которому оставалось жить всего шесть месяцев — у него диагностировали рак поджелудочной железы. Вот отрывок:

«Однажды, около 10 лет назад, когда Крису было семь, а Лауре — девять, я заехал за ними на новеньком кабриолете Volkswagen Cabrio. „Поаккуратнее в новой машине дяди Рэнди, — сделала замечание моя сестра. — Вытирайте ноги, прежде чем сесть в салон. Ничего не сломайте. Не замарайте её!“ Я слушал ее и думал то, о чем может думать только дядя-холостяк: „Именно такие предостережения настраивают детей на неудачу. Конечно, они в итоге замарают машину. Дети не могут иначе“. Поэтому упростил ситуацию. Пока сестра продолжала диктовать правила, медленно открыл банку газировки и вылил ее содержимое на задние тканевые сиденья кабриолета. Мой посыл: люди важнее вещей. Машина, даже такая дорогая, как мой кабриолет, была просто вещью».

Эта история произошла до того, как у Рэнди диагностировали рак. Я забыл эту деталь, когда рассказывал её своему брату Алексу, а ведь она сделала бы довод еще сильнее. Хоть нам и не кажется, что мы в той же ситуации, что и Рэнди, но у всех нас есть срок годности. Доктора поставили таймер Рэнди на 6 месяцев (в итоге он прожил еще 11). Жизни некоторых из нас прерываются внезапно, как, например, Коби Брайанта, или наоборот очень продолжительны, как у Кирка Дугласа. Мы ничего не знаем.

Как бы вы жили, если бы вам оставалось всего полгода? Вы заботились бы о вещах? Расстраивались бы, оставь вы какие-то побрякушки в аэропорту? Огорчились бы из-за пятна на заднем сидении машины? Подумайте об этом. Рэнди умер 12 лет назад. Где сейчас его машина? У нее чистые сидения? Есть ли на ней вмятины? Имеет ли это значение? Правда в том, что мы сами делаем выбор, когда позволяем себе беспокоиться о вещах, которые так мимолетны и незначительны.

Я продолжаю говорить мы, но когда я говорю мы, я говорю о себе. Перед тем, как я отправился в 10-дневный тур по Европе, я попросил жену не парковать мою новую Tesla Model 3 близко к другим машинам, чтобы не поцарапать. Жена любит играть в игру — найди самое близкое ко входу в супермаркет место для парковки, а это значит, что она часто паркуется слишком близко к другим машинам. Поэтому она стала отправлять мне фотографии машины, припаркованной в гордом одиночестве на краю парковки, с подписью: «Твоя машина без царапин».

Если бы я знал, что мне осталось жить 6 месяцев, стал бы я просить её делать это? Если бы наш таймер был поставлен на полгода, мы бы ставили в приоритет то, что на самом деле имеет значение: отношения, наслаждение жизнью, прогулки в парке. Мы бы пересмотрели то, что нас заботит, и это не были бы вещи.

Я не знаю, когда мой таймер зазвенит, но я попробую мысленно удерживать его на шести месяцах (и однажды так и будет). И дорогая, если ты это читаешь, можешь парковать тот кусок метала где тебе заблагорассудится.

P.S.

Мир изменился за считанные недели, если не дни — школы, рестораны, почти всё закрыто. Мы переместились из нормальной жизни в сюрреалистичный мир пустых магазинных полок, карантинов и социальной дистанции (внезапно это стало частью нашего обычного лексикона). Мы на войне, мы сражаемся с невидимым врагом — вирусом.

Нам дана уникальная возможность отрешиться от материального и провести время с семьей. По-настоящему провести время с ними, возможность расставить приоритеты и выбрать то, что для нас важнее всего, без угрызений совести.»