Домой Окрашивание волос Личный опыт от заболевшего депутата: почему так важно оставаться дома

Личный опыт от заболевшего депутата: почему так важно оставаться дома

16
0

Личный опыт от заболевшего депутата: почему так важно оставаться дома

Московский депутат Павел Ярилин объясняет, почему разумнее, легче и дешевле во время карантина помогать людям сидеть дома, чем запирать их в инфекционных больницах

Муниципальный депутат района Аэропорт Павел Ярилин, волею случая оказавшийся на «инфекционной» койке, пришел к выводу, что логика «хватать и изолировать всех подряд» могла бы быть признанной тактически верной – при условии, что система обладает неограниченными ресурсами. В наших условиях, считает он, более разумный подход — домашний карантин и самоизоляция. Тогда у системы будут запасы ресурсов, и она сможет справиться с входящим потоком больных, а не тех, кто простудился или просто испугался и вызвал скорую.

Личный опыт от заболевшего депутата: почему так важно оставаться дома

Как не попасть в инфекционку с подозрением на коронавирус и как туда попал он сам, Павел Ярилин рассказал на своей странице в ФБ:

1. Летишь по делам на неделю в заграничный регион, в котором ничего о коронавирусе не слышали. И возвращаешься оттуда числа 12-го, например.

2. Возвращаешься, почитывая новости о коронавирусе. В Шереметьево не замечаешь ничего, что напоминало бы эпидназдор – ни измерения температуры, ни анкетирования. Ни-чег-го.

3. Примерно на следующий день ощущаешь это противное гриппозное состояние: температуры нет, но голова ватная, хочется спать, слабость, характерный привкус во рту. Кашля нет, температуры нет, соплей нет. Из всех симптомов, которые говорят о коронавирусе, практически ничего. И поскольку картина с коронавирусом ни разу не складывается, то продолжаешь жить и работать: когда у тебя трое детей, работа и депутатство тут особо не потупишь.

4. Через несколько дней предсказуемо заболевает супруга. Заболевает чем-то аналогичным – температура ниже 36, влажный кашель, сопли, голова. Но ты ж все же держишь где-то на подкорке, что фиг знает, вдруг… или не вдруг… непонятно. И когда супруга говорит «давай сделаем мне флюорографию, что-то как-то не очень все…» ты говоришь «давай уже звонить на горячую линию с этим гребаным коронавирусом». И ты звонишь, и тебе объясняют, что надо сидеть дома, вызывать участкового врача или скорую.

5. Проведя час, пытаясь вызвать участкового, вызываешь скорую для супруги, поскольку фиг знает, она контактировала с тем, кто приехал с Кипра неделю назад и вот это все. Приезжают белые люди, шутят, что мол не пугайтесь нас, можете даже сфотографировать – многие так делают. Супруга не вызывает у них никаких опасений – легкие чистые, горло нормальное, температуры нет. Да и ты тоже особо не вызываешь. Только вспоминаешь, что вчера почувствовал одышку когда разговаривал по телефону на ходу, да пару дней какое-то неуютное ощущение в груди, тяжесть какая-то. Тебя слушают и слышат что-то в левом легком, чуть-чуть… Ну что, поехали, дело важное, сделают тебе тестик, рентген легких, все посмотрят, все будет хорошо. Хм, говоришь ты, меня мы забираем, а супругу больную оставляем с тремя детьми? Я на курорт, а они тут кувыркаться? Отличный план. Но люди в белом намерены тебя забрать, тем более посовещавшись с другими более старшими товарищами. И в 8 вечера с пакетом барахла ты грузишься в скрипящую газель с красным крестом, и вы с мигалкой, прям по-взрослому, несетесь в инфекционную больницу на Волоколамском шоссе. Но после 10 минут ожидания вам говорят «извини, дружище, мест нет», и направляют в Челюстно-лицевой госпиталь для ветеранов войн на Лестева 9.

Личный опыт от заболевшего депутата: почему так важно оставаться дома

6. Тут тебя встречает очередь из 5-6 ожидающих. Некоторые из ожидающих скандалят на тему «отпустите меня домой, вы не имеете права», некоторые сидят в телефоне, некоторые даже дремлют. Оно и понятно – сидение до момента, когда тобой в принципе смогут заняться, занимает около часа. Наконец некий доктор садится с тобой и заполняет анкету. Анкета дословно повторяет все то, что уже внесено в информационную базу врачом скорой помощи. Но он повторяет все, добавляя лишь список контактов, с кем ты общался, адреса, явки. В принципе, фиксируют достаточно четко, но на мою фразу, что я общался «с неопределенным кругом лиц», доктор наклонился ко мне, и внимательно глядя спросил «то есть больше никого?». Да, больше никого.

7. ЭКГ, КТ, ожидание беседы с терапевтом – все это занимает еще часа полтора-два. В моем случае терапевт посмотрела результаты КТ, и задала вопрос «Что привело тебя к нам, дорогой человек? Почему ты сидишь передо мной?». Это несколько смутило, ибо я не сам пришел. «В общем, говорит, по всем приметам ты не наша целевая аудитория, но я лишь терапевт, а главный тут кто? Правильно, эпидемиолог! Вот и устроим с ним консилиум.» Это заняло еще часа полтора-два. В итоге в начале второго ночи терапевт возвращается и говорит – давай, дружок, оформляться. Полежи, отдохни, сделаем анализы, все будет хорошо. Попытка выявить причины, которые заставляют меня остаться, привели к нам главного эпидемиолога, который важно покивал, что прям надо, сил нет, как хочет он меня у себя в заведении видеть. Терапевт села заполнять заключение о консилиуме, потом сестра оформлять карту…

8. Около двух ночи нас подняли на второй этаж, где в холле сидели пять-шесть тех, с кем я уже сидел внизу, в приемном. Спрашиваю «ребят, а чего тусим?» Да фиг знает, отвечают. Пришлось заполнить пять бумажек с примерно одинаковым смыслом – я разрешаю обрабатывать персональные данные и делать медицинские манипуляции. Дальше сдаешь кровь в примерно шесть разных пробирок – и не прошло и часа как ты отправляешь в палату! Бинго!

Какой же вывод можно сделать из этого длинного и нудного рассказа? Первое – чтобы тут оказаться не обязательно иметь симптомы. Только что мне померили мои 36.6, но на скорости изгнания меня это не скажется. Второе – меры действительно строгие. Все в костюмах, все одноразовое, уборка с хлорочкой. И врачи, и сестры очень приятны и вежливы. Очень правильная атмосфера. Отношение к ситуации у всех крайне серьезное.

Личный опыт от заболевшего депутата: почему так важно оставаться дома

P.S.

Только что на обходе врач, послушав меня, задал тот же вопрос: «зачем же вы тут у нас?». Никаких признаков пневмонии, которую подозревали. «Ну что, выписываем?» — спрашиваю. «Нет, теперь уже режим карантина. Побудешь у нас…»

Павел Ярилин пребывает там с 20 марта – «на всякий случай», как заявляют ему лечащие врачи. На самом деле , по словам Павла, никакого лечения нет, ты просто лежишь взаперти и размышляешь. Например, о стратегии российского здравоохранения по профилактике коронавируса. Своими мыслями на этот счет депутат Ярилин поделился в следующем посте из инфекционной палаты..

— А это нормально, — спрашиваешь ты себя, — что тебя запирают вместе с больными, и ты скорее сам заразишься тут, в больнице? Ты ведь мог бы сидеть дома, и скорее всего не заболел бы. А тут риски заболеть куда выше и вместо двух больных будет четыре. В чем логика?

Такой вопрос рождается у каждого, кто попадает сюда без признаков болезни. Он закономерен и логичен.

Но почему тогда медицинская система работает иначе? Почему ты все же здесь? Потому что медицинская система работает в совершенно иной логике.

Сберечь лично твое здоровье, уменьшить абсолютное число заболевших – это не ее задача. Ей нет большого дела лично до тебя, как бы странно это не звучало. Если ты не заболеешь тут – прекрасно, а заболеешь – она будет лечить, настолько честно и эффективно, насколько сможет. Но до тебя как конкретного человека, которого можно было бы сберечь и не подвергать риску заражения, заболевания и последующей возможной смерти ей дела нет.

Медицина в целом думает о другом. Она мыслит иным масштабом, она выбрала другую стратегию.Ей нужно изолировать как можно большее количество потенциально больных людей, контактёров, всех, кто мог бы быть носителем вируса, чтобы не позволить заразе распространиться широко. Она может дотянуться только до тех, кто сам позвонил в скорую или вызвал врача. Ей недоступна бабушка, одиноко болеющая в своей квартире, или студент, который тусит с друзьями и небольшой простудой. Они видят только тех, кто сам заявился.И вот среди этих им приходится вылавливать потенциально заразных максимально широко. Пока есть ресурсы, пока есть койки и врачи – надо брать всех с малейшим подозрением.

В принципе, это логика могла бы быть признанной тактически верной – при условии, что система обладает неограниченными ресурсами. Но стратегически – есть проблема. Потому что эта пандемия – борьба за ресурсы.

Что случится, когда больницы будут заполнены? Сейчас в нашем челюстно-лицевом госпитале заполнены все койки. Их, оказывается, не так и много – всего 109, при этом видишь, что врачи работают на износ. Большинство палат 4-х местных, есть шестиместные. Тут и «карантинники», которых взяли на всякий случай, и больные пневмонией, и люди с подтвержденным COVID-19 (к счастью, не в моей палате). Положим, еще сколько-то пустых госпиталей осталось. Но они наполнятся за считанные дни. Что дальше? Перепрофилировать под госпитали школы? Складывать болеющих на стадионах?

И парадокс в том, что «карантинники», которых положили в первую волну «для профилактики» теперь уже могут быть инфицированы – они попали в «грязную» зону, и заражены с гораздо большей вероятностью, чем ранее, и их нельзя просто так выгнать домой. Их нужно держать, ждать результатов анализов, которые занимают 3-4 дня, кормить-поить и занимать койки. А они, койки, между тем кончились, и класть тех, у кого реально подтвержден диагноз уже некуда.

Что дальше?

Мне кажется более разумным подход, ориентированный на то, чтобы максимально продвигать домашний карантин и самоизоляцию. В больнице должны быть те, кто реально болеет, остальных – на домашний карантин. Тогда у системы будут запасы ресурсов, и она сможет справиться с входящим потоком больных, а не тех, кто простудился или просто испугался и вызвал скорую.

Следует отметиться, что у всеобщей мобилизации есть свои интересанты. Как у любой войны есть сторонники среди генералов и интендантов – звания, ордена, ресурсы, так и тут могут проявиться интересы определенных групп влияния, ибо и строительство нового госпиталя в Новой Москве, и обеспечение ресурсами больниц – это деньги, люди, доплаты и награды. Нынешний сценарий в интересах этой группы, и это настораживает.

Дай бог, чтобы я ошибался, и нам хватило и госпиталей, и врачей, и оборудования. Будем надеяться, что стратегия «хватать всех подряд» будет изменена, и упор будет сделан на том, чтобы больные отлеживались дома. Гораздо легче и дешевле организационно и финансово помогать людям сидеть дома, чем запирать их в инфекционных больницах, увеличивая количество инфицированных, прикомандировывая сестер из поликлиник работать в стационарах, тратя кучу ресурсов на то, что не приносит результатов.

Пожалуйста, берегите себя! Следуйте правильной личной стратегии – мойте руки, минимизируйте контакты, оставайтесь дома.

Ваш депутат Павел Ярилин…»